Война коснулась каждого жителя нашего района. Вот как ощущали её дети, подростки, женщины. Материал подготовлен по книгам воспоминаний тружеников тыла, которые хранятся в Шенкурском краеведческом музее.

Вот как день 22 июня 1941 г. запомнила Зоя Павловна Красильникова, которая родилась в 1929 г. в д. Фёдоровской Ровдинского сельсовета.

«Я хорошо помню тот день. Мне ещё не было 12 лет, и я только что закончила 4-й класс. У нас в Суланде проходил престольный праздник Троицы. Собралось много людей, приехали родственники даже из других деревень. Мы с подружками в первый раз побежали посмотреть праздник. Широкая улица деревни Никольской и лужок заполнились гостями, которые пели, плясали, водили хороводы.

Радио в деревне не было, телефон один на весь сельский совет. Вдруг приехали двое мужчин верхом на лошадях из Ровдино. Они стали ездить по деревне и искать председателя колхоза и сельского совета. Так мы, дети, узнали, что началась война. Деревня в одночасье опустела. Мы побежали домой с этой новостью, в доме было много гостей. Веселье сразу закончилось, все поникли, задумались и стали расходиться».

Агния Семёновна Жилина, 1929 г. р., д. Марково Ровдинского сельсовета: «Когда началась война, мне было 12 лет. Отец рано умер, осталось 8 детей. Перед войной четверо старших братьев уехали по вербовке в Цигломень строить лесопильный завод. Сестра работала в Ровдино на почте, умерла, когда ей было 22 года.

В школу ходили за 4 км. Валенок не было. Мама, бывало, найдёт чьи-то обрезанные старые валенки (голяшки хозяева брали на заплаты, а опорки выкидывали). Найдёт эти опорки и пришьёт к ним голяшки от старой шубы. В них я и ходила в школу.

В 4-м классе я заболела желтухой, потом корью, а весной из-за плохого питания и недоедания полностью ослепла. Как солнце шло на закат, не могла дойти до кровати. Школу оставила на целый год, но без дела мы, дети, не сидели. Весной пахали землю. Кто покрепче, становился за плуг, а послабей – водили лошадь».

Евграф Петрович Кузнецов, 1929 г. р., д. Щебневская Ровдинского сельсовета: «Тринадцатилетним подростком я поступил работать в Суландский лесопункт Ровдинского ЛПХ на вывозку леса. Возили на лошадях, а зимой – на санях с подсанками. Во время войны у нас был девиз: «не сделаешь норму – не выходи из леса», так что не 8-часовой рабочий день был, а от темна до темна. Я возглавлял комсомольско-молодёжную бригаду, которая не раз занимала первенство в соцсоревновании по области, за что я был награждён почётной грамотой ЦК ВЛКСМ.

Страшно подумать, как все это выдержали. Полуголодные, а порой и совсем голодные: 600–800 грамм хлеба, болтушка (в кипятке сболтанная белая мука), щи из капусты и больше ничего). А что ел в обед, если это написать, то трудно поверить. Лошадь кормили овсом, от этой нормы овса выкраивал для себя обед. Овёс насыплешь на сковородку, пожаришь и лущишь – вот и весь обед.

А какая была одежда! Портяные штаны да лапти, а изредка ботинки на деревянной подошве. Лапти приходилось плести самому. Порвутся, а вечером плету новые или латаю, чтобы завтра выйти на работу».

 

Медаль «Дети войны» не носит статус государственной либо ведомственной. Эта награда была основана в 2012 г. общественным фондом «Дети Великой Отечественной войны». Организация была основана в 1996 г. Медаль является общественной и служит для вручения гражданам РФ и стран СНГ, родившиеся в период с 22 июня 1928 года по 3 сентября 1945 года, постоянное проживавшим на территории СССР в годы ВОВ.